Эта история — из вечных и неизменно притягательных. Это мечта о том, что все будет хорошо, даже если миром или домашним мирком правят мачеха и сестры. Это с раннего детства усвоенная гарантия: справедливость непременно восторжествует, а трудолюбие и смирение будут вознаграждены по достоинству.

Если можно рассказать старую сказку по-новому, не ломая при этом ее нежности, обаяния и красоты, то Жану-Кристофу Майо это удалось. Он отталкивался от размышлений Прокофьева, который творил балет не о сказочной кукле, а о живой, тонко чувствующей девушке. Причудливо перемежая чудеса и реальность, Майо создает на сцене удивительный мир, одновременно и странный, и до мелочей знакомый. Хрупкая и искренняя, Золушка стремится любить и быть любимой, как когда-то к тому же стремилась и ее мать, ныне ставшая воспоминанием, и феей, и путеводной звездой. В этом мире так много соблазнов, и все же, по большому счету, ничто не значит в нем больше, чем простая человеческая привязанность и любовь.